<p>
<div><i>Тот, кто не знает взаимообращенной взаимообращенности Сокровенного, </i></div>
<div>&nbsp;</div>
<div><i>Разве не похож [на человека], любящего в огне пестовать лотосы?! </i></div>
<div>&nbsp;</div>
<div><i>Гони белого тигра назад, домой, где вскормят его. </i></div>
<div>&nbsp;</div>
<div><i>Тогда родится светлая жемчужина &mdash; полная луна. </i></div>
<div>&nbsp;</div>
<div><i>Тщательно смотри за снадобьем, за печью, за периодом горенья огня. </i></div>
<div>&nbsp;</div>
<div><i>С духом спокойным следи за небесной естественностью, [Тогда] все <span>инь уничтожится и эликсир созреет. </span></i></div>
<div>&nbsp;</div>
<div><i>[Ты] свободен, бежал из клетки и обрел десятитысячелетнее долголетие. </i></div>
<div>&nbsp;</div>
<div>&nbsp;</div>
<div>Первая строка этого восьмистишия содержит намек <span>начжан 1 &laquo;Дао дэ цзина&raquo;: &laquo;Вновь Сокровенное становится Сокровенным <i>(сюань чжи ю сюань). </i>В тексте &laquo;Дао дэ цзина&raquo; это выражение означает, в частности, вечный переход Дао-Сокровенного в мир вещей, его постоянное обнаружение в космосе и новое возвращение к самому себе, к своей изначальной Сокровенности, в свою очередь опять являющейся в вещах. </span></div>
<div>Состояние равновесия некой неподвижной точки на грани Сокровенного и явленного Лао-цзы называет &laquo;вратами полноты тайны&raquo; (в смысле &laquo;сокрытие&raquo;, &laquo;место рождения вещей&raquo;) &mdash; <i>чжун мяо чжи мэнъ. </i></div>
<div>В данном восьмистишии Чжан Бо-дуань, видимо, имеет в виду лишь один аспект этого круговращения: бесконечное взаимопорождение - взаимопреодоление <i>инь </i>и <i>ян. </i></div>
<div>Таким образом, 13-е восьмистишие непосредственно развивает идею предыдущего стиха.</div>
<div>Глупец, не понимающий этой взаимообращаемости, но таящийся в своем теле зачать бессмертный зародыш, подобен человеку, огнем пытающемуся питать и размножать лотосы. Третья и четвертая строки первого четверостишия описывают процесс зачатия бессмертного зародыша, называемого здесь &laquo;светлой жемчужиной&raquo; <i>(мин чжу). </i>Белый тигр &mdash; отрицательная <i>(инь) </i>пневма гонится домой, в &laquo;желтый двор&raquo; <i>(хуан тин), </i>где она и порождает &laquo;бессмертный (или киноварный) зародыш&raquo; <i>(дань тай). </i>&laquo;Полной луной&raquo; здесь названа опять-таки целостность, целокупность отрицательных пневм (как зрелых &mdash; <i>кунъ, </i>так и незрелых &mdash; <i>кань). </i></div>
<div>Другое синонимическое описание данной алхимической ситуации: &laquo;Белый тигр и зеленый <i>(цин) </i>дракон сочетались в желтом дворе, уравновесив <i>инь </i>и <i>ян </i>и зачав киноварный зародыш&raquo;. Однако возникает вопрос, почему в самом стихе Чжан Бо-дуань обходит молчанием зеленого дракона, ртуть, положительные <i>(ян) </i>пневмы? Ответ предельно прост. Дело в том, что данный стих описывает зачатие киноварного зародыша в ракурсе его уже свершившейся целостности.</div>
<div>В таком случае по правилам, принятым в текстах по внутренней алхимии, <i>инъные </i>пневмы (тигр, свинец и т. д.) считаются &laquo;государем&raquo; <i>(цзюнъ), </i>а <i>яяные </i>(дракон, ртуть и т. д.) - &laquo;подданным&raquo; <i>(чэнъ). </i>Соответственно, о подданном подробно говорить не следует, достаточно намека на его присутствие. И этот намек - эпитет &laquo;светлая жемчужина&raquo;, данный бессмертному зародышу, поскольку светлая жемчужина &mdash; &laquo;драгоценность дракона <i>(лун бао), </i>частый атрибут дракона (достаточно вспомнить бесчисленные изображения дракона, играющего с жемчужиной). Хотя сама по себе жемчужина и связана с символикой <i>инь, </i>но ее соотнесенность с драконом придает ей определенный отблеск <i>ян. </i>Таким образом, на присутствие положительных пневм в зародыше скрыто намекает этот образ.</div>
<div>Две первые строки второго четверостишия говорят об изменении техники нагревания после образования бессмертного зародыша. Если раньше, до его зачатия, совершать соответствующие дыхательно-медитативные упражнения полагалось только в периоды растущего <i>ян </i>(месяцы с января по июль и часы с полуночи до полудня, точнее &mdash; с 3-й стражи, т, е. с 11 вечера, до конца 9-й стражи, т. е. до часа пополудни), то теперь следует отказаться от такой жесткой схемы, сообразуясь с &laquo;небесной спонтанностью&raquo;, &laquo;естественностью&raquo; <i>(тянъ жанъ), </i>учитывая как <i>янные </i>периоды времени, так и <i>иньные. </i>О времени с полуночи до полудня как наиболее благоприятном для занятия дыхательными упражнениями (&laquo;регуляция пневмы&raquo;, <i>син ци) </i>см. также гл. 8-ю &laquo;внутренней&raquo; части &laquo;Баопу-цзы&raquo; Гэ Хуна: &laquo;Ведь практиковать регуляцию пневмы следует только во время живой пневмы <i>(шэн ци), </i>и нельзя во время мертвой пневмы (см. <i>ци*). </i>Поэтому говорится: &quot;Бессмертные принимают внутрь шесть пневм&quot; - это как раз о том. Каждые день и ночь вместе занимают двенадцать страж. Из них шесть страж с полуночи до полудня - время мертвой пневмы. Во время мертвой пневмы занятия регуляцией пневмы бесполезны&raquo;.</div>
<div>Изменяется и характер нагрева. Это уже не мощное раздувание мехов, а мягкое дыхание сердца, близкое зародышевому дыханию.</div>
<div>Последние две строки вновь говорят о последующем уничтожении <i>инь ци </i>и появлении нового бессмертного тела из чистой <i>янной </i>пневмы, в которой адепт обретает новое, высшее, сверхмирское бытие.</div>
</p>